популярное


Танки «малютки»Постановлением ГКО 222 от 20 июля 1941 года выпуск 10000 танков Т-60 организовывался, кроме завода № 37, на ГАЗе и ХТЗ. Бронекорпуса и башни для них поставлялись с Ворошиловграде кого завода имени Октябрьской революции. Муромского паровозоремонтной) завода. Новокраматорского машиностроительного завода, Выксунского завода дробильно-размольного оборудования и Таганрогского завода «Красный котельщик». Чертежами и техпроцессом эти предприятия обеспечивали завод № 37 и завод имени Орджоникидзе, причем это были чертежи машины с упрошенным корпусом и башней.


Модернизация танка  Т-60В ходе серийного производства Т-60 неоднократно делались попытки улучшить характеристики танка - все прекрасно понимали, что его боевая ценность весьма невысока. Так, еше в августе 1941 года конструкторское бюро завода № 92 в Горьком по своей инициативе приступило к проектированию пушки ЗИС-19, предназначенной для вооружения танка Т-60. Она представляла собой 37-мм орудие со стволом в 66,7 калибра, начальной скоростью снаряда 915 м/с и баллистикой 37-мм зенитки образца 1939 года.


Танк Т-70Основной проблемой при проектировании нового легкого танка массой 10-12 тонн на тот момент стало отсутствие двигателя мощностью 120-150 л.с. - такие моторы в Советском Союзе в то время не производились. Однако выход был найден - еще в октябре 1941 года заместитель главного конструктора Горьковского автозавода но танковому производству Н. Астров (бывший начальник KB московского завода № 37) предложил ГАБ-ТУ КА эскизные проработки по новому легкому танку.


Танк Т-70MНовый вариант Т-70 - с башней для двоих человек и усиленной ходовой частью, причем машины с усиленной подвеской должны были с 1 июля 1942 года пойти в производство. Из-за сложностей с освоением в производстве Т-70 и загрузкой Горьковского автозавода другими заказами, работа по введению усиленной ходовой части затянулась до осени. Вообще говоря, если выпуск Т-60 на ГАЗе удалось наладить довольно быстро, то освоение танка Т-70 здесь шло с большими трудностями.


Последние  легкие танкиЕще в октябре 1942 года, по итогам испытаний двухместной башни на танке Т-70, конструкторское бюро ГАЗа спроектировало и изготовило второй образец, установка вооружения в котором позволяла вести огонь под большими углами возвышения - до 65 градусов. Причем вопреки широко распространенному мнению, делаюсь это не для стрельбы по самолетам (из закрытой башни танка прицелиться по скоростной воздушной цели было практически невозможно), а для ведения огня по верхним этажам зданий в ходе уличных боев.


Зенитные танкиИстория сознания отечественного зенитного танка уходит корнями в 1939 год-когда проведенные на Научно-испытательном зенитном полигоне (НИЗенП) опыты по обстрелу планеров самолетов из зенитных пулеметов различных систем показали, что особого вреда цельнометаллическому самолету они принести не могут. К тому же имели большую массу, габариты, что также затрудняло их использование по быстролетящей цели. Ну и главное условие - их остро не хватаю в армии - ведь в то время выпускался лишь 12,7-мм пулемет ДК, и тот в крайне незначительных количествах.


Спортсмены-партизаныИюнь 1941 года. Студенты и преподаватели Ленинградского института физкультуры имени Лесгафта готовились к параду. Их ждала Москва, нарядная, гремящая оркестрами Красная площадь. Спортивный лагерь в Кавголове жил напряженной жизнью. Одни разучивали гимнастические упражнения, другие тренировались на ренских колесах. И вдруг — война! Здесь же в Кавголове собрались на митинг.


Диверсионные десанты морской пехоты Северного флотаОценивая обстановку, сложившуюся к началу Великой Отечественной войны 1941-1945 годов на Северном театре поенных действий, следует отмстить его стратегическое значение. Оно определялось прежде всего от крытыми выходами на океанские коммуникации, по которым осуществлялись внешние перевозки, перевозки между портами Сибири, Дальнего Востока и европейской части страны, а также исключительными природными богатствами Севера. При этом незамерзающий Мурманский порт функционировал круглосуточно.


Гибель капитана Алексеева

дата: 14-11-2011, 18:53 просмотров: 47 раздел: Война от начала до конца
Положение на левом фланге постепенно стало улучшаться. Теперь на нас работали два полка артиллерии, несколько батарей РГК, подошли «катюши». У немцев же артиллерия значительно ослабела, однако они не прекращали попыток сбросить нас в Волхов и вводили в бой все новые силы. Но и мы теперь получали подкрепления нарастающими темпами. Ночью к нам прибыл целый батальон мотомеханизированной пехоты. Правда, без «мото». Моторам у нас здесь нечего было делать. Зато какие люди прибыли! Солдаты на подбор! Чистые боевые орлы! Редко у кого не было орденов и боевых медалей. А у командира их, капитана Алексеева, вся грудь была увешена орденами и медалями.

Редко встречаются такие люди, как капитан Алексеев. В нем как-то сочетались и Рахметов Чернышевского, и Базаров Тургенева. Это был человек волевой, смелый, мужественный и закаленный — как Рахметов; и отчаянный, безрассудно упорный, фаталист, холодно смотрящий на мир, — как Базаров. Молодой, стройный и красивый, капитан Алексеев выглядел геройски во всех отношениях. Его команды были лаконичные, ясные и хорошо понятные. Исполнялись они быстро, четко и аккуратно. Как Наполеон, стоял он на берегу реки, командуя разгрузкой и эшелонированием батальона. Его постоянно окружала группа солдат и офицеров, готовых выполнить любой его приказ.

К сожалению, нам мало что пришлось узнать о нем. Будучи студентом третьего или четвертого курса мединститута, он добровольно ушел на фронт в июне 41-го. Окончил после первого ранения краткосрочные курсы командиров, и ему сразу поручили командовать ротой, а затем и батальоном. Бесшабашно смелый, исключительно сообразительный, умный и талантливый командир, и одновременно яркий, обаятельный человек, теплый и чуткий с товарищами, за что пользовался беспредельным уважением и любовью всех окружающих. Ему трудно было возразить, еще труднее было с ним не считаться. За семь-восемь месяцев войны он успел получить три ранения, орден Ленина, орден Красного Знамени, орден Красной Звезды и несколько медалей.

Получив такое солидное подкрепление, мы всю ночь расставляли силы, готовясь к новой схватке с врагом. А немцы тем временем готовились к новому решительному штурму.

Рано утром артиллерийские наблюдатели, не обнаруженные до сих пор немцами, сообщили, что против нас сосредоточено около полка пехоты, много ротных и батальонных минометов, что по лежневке подвозятся боеприпасы.

Александров сразу же высказал мысль, что хорошо бы дать по ним огнем «катюш». Доложили генералу Замировскому. Немцы находились от нас не далее двухсот метров, а местами и ближе, на что и указал генерал, предложив нам посерьезнее обсудить и подготовить этот вопрос. Генерал был прав. Фактически это означало вызвать огонь на себя, так как естественное рассеивание снарядов в полете достигает двухсот метров. Однако при таком скоплении вражеской пехоты идея огня из «катюш» была исключительно заманчивой. Посоветовались с капитаном Алексеевым, он без колебаний поддержал наш план. Мы передали точные координаты и свое согласие на огонь «катюш».

Огонь из реактивных минометов намечался на семь утра. К этому времени мы должны бесшумно, не потревожив противника, отвести свои подразделения метров на триста, чтобы после залпа быстро вернуть их на прежние позиции.

Подготовка к приему огня была проведена быстро, вовремя и аккуратно. Было сверено время по часам генерала. До залпа оставалось пятнадцать минут. Командир батальона приказал всем укрыться в дзоте и до конца залпа наружу не выходить.

Минут за десять до залпа я еще раз вышел из дзота, чтобы проверить и поторопить, если кто-то не укрылся, и увидел, как к дзоту идет капитан Алексеев, его сопровождали двое связных и лейтенант. Капитан был в форменной фуражке танкиста, при всех орденах, будто приготовился к параду. Он спокойно уселся на сухую кочку с южной стороны дзота и, закинув нога на ногу, стал рассматривать окрестности. У его ног улеглись на траве трое сопровождавших.

— Товарищ капитан, — обратился я к Алексееву, — зайдите пожалуйста в дзот. Через три минуты будет дан залп из «катюш», находится здесь небезопасно.

— А ну его к чертовой матери, этот ваш дзот. В нем комары доконают хуже «катюш», — не оборачиваясь и продолжая спокойно смотреть куда-то за Волхов, грубо отмахнулся капитан.

— Ну, если вы не хотите, то не подвергайте опасности своих подчиненных, прикажите им зайти в дзот, — сказал я.

— Ничего не случится, — не поворачивая головы, ответил капитан.

Время истекло, и я поспешил в дзот. Только успел переступить порог, как загрохотал и сотни разрывов. Одновременно раздался гулкий взрыв с южной стороны дзота, и мы услышали отчаянный крик людей. Повернувшись, я выскочил наружу.

Капитан Алексеев лежал опрокинутый вверх лицом, весь изрешеченный осколками. Остальные, все израненные, катались по траве, взывая о помощи. Подбежав к капитану, я подхватил его под руки, хотел приподнять и посадить на пригорок. Но он уже был не здесь, кровь фонтанировала из груди, живота, стекала по лицу, его открытые голубые глаза медленно тускнели, и, не шевельнувшись, он умер. Опустив его тело на траву, я встал и обнажил голову. Вот она, фронтовая смерть. Иногда нелепая, неожиданная и страшная. Иногда совсем не фатальная, не роковая.

Зина быстро перевязывала раненых товарищей капитана, а я стоял и рассматривал место разрыва снаряда. Никакой воронки, как от разрыва обычного снаряда, не было, только слегка взрыхленная и поцарапанная в разные стороны от центра земля, что говорило о большой поражаемости снарядов «катюши».

В расположении немцев после залпа поднялся жуткий крик, снаряды попали в самую гущу скопления, утренняя тишина позволяла нам ясно слышать этот страшный вопль, а лесное эхо усиливало и разносило его окрест.

Через несколько минут мы услышали, как заработали наши пулеметы и автоматы, возвещая, что наши роты благополучно вернулись на свои места и уже поддают жару перепуганным фрицам. Спустя некоторое время немцы стали слабо защищаться, отвечая пулеметным и автоматным огнем, но осталось их, видно, совсем мало.

Александров все это время не выпускал трубки из рук. Потом бросил ее и со злостью сказал:

— Я ни черта отсюда не вижу! Связной! Пошли на передовую! — И Аверьянову: — А ты, лейтенант, смотри! Чтобы связь работала бесперебойно! — Забрал связных и убежал на передовую.

Часа через два к берегу подошел небольшой баркас. Четыре крепких солдата приплыли за телом капитана Алексеева. Они соорудили из винтовок носилки и бережно унесли на них погибшего командира.

К вечеру немцы были полностью выбиты с наших позиций. Продвинувшись на километр-полтора вперед по берегу, мы вышли из леса и закрепились. Отсюда хорошо обозревалась и обстреливалась вся поляна, по которой наступали немцы.

Всю ночь и следующий день немцы уже не проявляли интереса к берегу Волхова — всю эту ночь они вывозили с поля боя своих убитых и раненых. И мы им не препятствовали, так как это было и в наших интересах. Поняв это, немцы прихватили даже немного и утра. Трупы солдат и сержантов немцы складывали в фургоны, как дрова, а за трупами офицеров приезжали с гробами. Тридцать три гроба увезли немцы с поля боя. Это только после одного залпа дивизиона «катюш». Сколько вывезено с поля боя трупов солдат и сержантов, определить было невозможно. Недаром «катюши» наводили панический ужас. Опасность «катюш», как оказалось, еще и в том, что слышать можно только сам залп, полет и падение снарядов услышать абсолютно невозможно. Они падают совершенно бесшумно, как снег на голову, а это лишает жертву возможности укрыться или вовремя уклониться от снарядов.
комментарии: 0 | просмотров: 47 | раздел: Война от начала до конца

Добавление комментария

Использование материалов сайта с только разрешения автора и с активной ссылкой на сайт