Война Михаэля Витмана

дата: 31-01-2011, 12:40 просмотров: 1091 раздел: Асы панцерфаффе
Война Михаэля Витмана «Тигры» вышли из леса на ровное место цепью. Они увидели первую батарею, делавшую в этот момент залп. Все пять «тигров» выстрелили одновременно. Над вражескими позициями взметнулось пламя. Прямым попаданием была уничтожена советская радиостанция. Взорвался склад боеприпасов. Противник бежал. «Тигры» устремились вперед, вышли ко второй артиллерийской позиции и ликвидировали также и ее. В деревне Лучки 1-е танки попали под огонь противотанковых орудий. «Тигр» Клебера был подбит. Витман и Вармбрун заслонили подбитый «тигр» своими машинами и одно за другим быстро уничтожили четыре противотанковых орудия. Тем временем Клебер устранил повреждения. Сопротивление было сломлено, и наступление продолжилось. Вперед вышел 3-й взвод. На восточной окраине деревни Лучки 2-е танки наткнулись на новую противотанковую позицию. Вкопанный КВ-1 подбил головной «тигр» с дистанции 600 метров. Экипаж выбрался из горящего танка, но был срезан пулеметной очередью. На танки обрушился шквал огня. «Тигр» Витмана получил попадание, но снаряд отскочил. «Осколочно-фугасным! Целься перед двумя вкопанными КВ-1!» — приказал Витман. Витман и Вармбрун выстрелили по вражеским позициям. Взрывы подняли вверх огромные клубы дыма и пыли, ослепившие советских танкистов. «Вперед! За мной!» Остальные «тигры» двинулись следом за командирской машиной, как они уже не раз делали за последние два дня. Противник теперь стрелял вслепую. Снаряды проносились высоко над «тиграми». «Стоп!» — приказал Витман. «Тигры» остановились с интервалом 500 метров между машинами. Наводчики прицелились по вспышкам выстрелов, пробивавшимся сквозь облака пыли, и выжидали. Когда пыль начала оседать, стали видны башни КВ-1. Воль немного поправил прицел и выстрелил. Через секунду на месте КВ-1 блеснула вспышка — взорвался боекомплект. «Тигры» справа и слева тоже открыли огонь. Вражеская позиция была уничтожена, и танкисты двинулись на север. К вечеру второго дня боев «тигры» повернули на запад к высоте 260.8 между Верхопеньем и Грезным. Грезное было поручено взять дивизии «Мертвая голова». Дивизия «Дас Райх» повернула на северо-восток в направлении деревни Тетеревино. Близилась кульминация битвы. Танкисты не отдыхали уже двое суток. Когда танки и грузовики остановились на ночь, измученные экипажи повалились на землю рядом со своими машинами и уснули. Витман покинул свой взвод, в котором осталось четыре танка. У одного из «тигров» по дороге сломалась трансмиссия. Как ни странно, это оказалась машина «Панцер-генерала», шарфюрера Лецша. По пути Витман наткнулся на ротенфюрера Петтера из экипажа Хефлингера. Тот спал крепким сном. Витман разбудил юношу. Петтер замер от ужаса. «Пожалуйста, унтерштурмфюрер, не отдавайте меня под трибунал! Я надеюсь поступить в офицерскую школу!» — взмолился Петтер, вызвавшийся добровольцем на свое первое боевое задание. «Если продолжишь в том же духе, рискуешь умереть раньше, чем тебя возьмут в офицерскую школу. Это, конечно, было бы твое личное дело, если бы от этого не мог пострадать весь взвод!» Петтер перепугался до смерти. Он знал, как строг был Витман, и понимал, что сон на посту был серьезным проступком. Медленно ползли секунды, пока Витман решал, как ему поступить. Потом он сказал: «Идите спать, Петтер. Я вас сменяю». «Спасибо, унтерштурмфюрер!» Юноша скрылся во тьме. Через час Витман разбудил его сменщика. Тот ничуть не удивился, увидев на посту вместо Петтера командира взвода. Витман вернулся к своему «тигру». Он посмотрел вверх, на мерцающие звезды. Потом он тоже заснул. Витмана разбудил Бальтазар Воль. «Михаэль, тебя хочет видеть командир полка!» Наводчик передал ему кружку горячего кофе. Витман выпил кофе, наскоро умылся и натянул ботинки. Вместе с Вен-дорфом и Клингом он поспешил на командный пункт полка. Командир 1-го батальона 1-го танкового полка СС штурмбаннфюрер Макс Вюнше и командир 2-го батальона штурмбаннфюрер Гросс жестами попросили товарищей поторопиться. Офицеры собрались в кружок, и оберштурмбаннфюрер Георг Шенбергер приступил к делу: «Друзья, сегодня должен произойти решающий прорыв. Моторизованная дивизия «Великая Германия» взяла Дуброву. Рукой подать до прорыва на Обоянь. Мы только что перехватили и расшифровали русское сообщение. Оно подписано генералом Ватутиным и его комиссаром Хрущевым. Оно гласит: «Ни при каких обстоятельствах нельзя позволить немцам прорваться через Обоянь!»» «Но это же участок нашего соседа слева, 4-й танковой армии!» — перебил его Макс Вюнше. Офицер, награжденный Рыцарским Крестом, ткнул пальцем в карту, висевшую на стене избы. «Верно! — ответил командир полка. — Но мы будем наступать параллельно моторизованной дивизии «Великая Германия» и 11-й танковой дивизии». В обсуждение вмешался штурмбаннфюрер Гросс: «Мы должны двигаться как можно быстрее, чтобы не дать русской 6-й армии заткнуть пробитую нами брешь. Перед нами Тетеревино, а авиаразведка доносит, что там сосредотачиваются крупные силы танков». Вскоре Мартину Гроссу предстояло лично убедиться, насколько верным был доклад разведки. Спустя полчаса «тигры» Михаэля Витмана уже готовились снова идти в бой. Усталый, но не утративший бдительности Витман стоял в башне, когда над танками 1-й танковой дивизии СС пролетела группа штурмовиков «Хеншель». «Это новые штурмовики, Витман!» — сообщил по радио Клинг. Это были Хш-129, летающие истребители танков, вооруженные 30-мм пушками. В небе над полем боя между Курском и Белгородом новые самолеты приняли боевое крещение. Летя на малой высоте, они обнаружили группу советских танков и тут же ее атаковали. 30-мм снаряды авиапушек пробивали тонкую броню в кормовой и верхней части советских танков. Вскоре танки начали вспыхивать один за другим. Вдруг над ними появилась группа истребителей-бомбардировщиков ФВ-190, ведомая майором Дрюшелем — тем самым майором Дрюшелем, который помогал в начале года 1-й танковой дивизии СС под Харьковом, командуя группой 1-й истребительной авиаэскадры. 20 февраля 1943 года он стал 24-м немецким военнослужащим, награжденным «Мечами» к Рыцарскому Кресту. Дрюшель и его летчики атаковали позиции советской пехоты перед фронтом дивизии. Они атаковали вражеские позиции пушечно-пулеметным огнем с малой высоты и сбрасывали осколочные бомбы. Советская пехота разбежалась. «Вперед!» Наступление началось. Танки шли вперед, пока не наткнулись на советские оборонительные позиции с замаскированными противотанковыми орудиями, вкопанными танками и пехотные укрепления с бетонными дотами. Повсюду шел бой. Четыре «тигра» были подбиты. Не уничтоженные, а просто выведенные из строя, дальше они становились заботой ремонтных бригад, которые вечером или ночью должны были оттащить их в тыл. Витман вновь был в гуще событий. Его «тигр» петлял, уклоняясь от снарядов. Механик-водитель Меллер быстро усвоил стиль ведения боя своего нового командира. Жертвами «тигра» Витмана пали еще семь советских танков. Число уничтоженных противотанковых пушек достигло девятнадцати. Весь день «тигры», «пантеры» и Pz-IV штурмовали позиции советской 29-й истребительно-противотанковой бригады. Витман не мог не восхищаться неприятельскими артиллеристами. Они отважно сражались, пытаясь прикрыть отступление 6-й гвардейской армии и потрепанного 21-го танкового корпуса. Расчеты противотанковых орудий понимали: если их постигнет неудача, фронт рухнет. И все же гауптштурм-фюреру Альфреду Лексу с третьей ротой 1-го танкового разведывательного батальона СС удалось проскочить в брешь, пробитую в советской обороне одним из «тигров». Мотоциклисты прорвались на километр вглубь линии обороны противника и выехали к советскому командному пункту. Советский командующий, его офицеры и весь личный состав штаба были взяты в плен. Об этой удаче Витман узнал вечером, перед тем как в полном изнеможении уснул в наскоро разбитом лагере. Миновали 9 и 10 июля. Для Витмана оба дня пролетели, словно в тумане. Никогда еще ему не приходилось подвергаться столь суровому испытанию на выносливость. Советская оборона выматывала наступавших. Замаскированные противотанковые рубежи наносили серьезный урон. Легкие танки сопровождения и мотоциклисты понесли большие потери от действий советской артиллерии и штурмовиков. К вечеру 10 июля немецкие войска пробились к излучине реки Псел. В течение ночи силы 1-й танковой дивизии СС, наступавшей в центре построения II танкового корпуса СС, прорвались в район точно к юго-востоку от Богородицкого. На левом фланге 3-я моторизованная дивизия СС готовилась форсировать Псел у Красного Октября вместе с шедшим правее 6-м моторизованным полком СС «Теодор Эйке». На правом фланге 2-я моторизованная дивизия СС повернула к линии укреплений южнее Прохоровки. Поздно вечером 10 июля оберштурмбаннфюрер Карл Ульрих повел части 3-й моторизованной дивизии СС на форсирование Псела и захватил плацдарм на другом берегу. Рано утром 11 июля 1 -я моторизованная дивизия СС нанесла удар между железной дорогой и рекой Псел. В этом месте река поворачивала на север и текла в направлении района к северу от Прохоровки. Стремительное наступление вывело дивизию к позициям советских 18-го и 29-го танковых корпусов. Началось сражение, подобных которому еще не видывал Восточный фронт. Бой утих только ночью. Лишь редкие вспышки выстрелов напоминали о том, что впереди проходит линия фронта. Противники ждали рассвета. Наконец небо начало светлеть, и генерал Хауссер приказал своим войскам атаковать. Навстречу танковой армаде немцев двинулись два корпуса советской 5-й танковой армии, спешно переброшенной из состава Степного фронта. Командовал этими двумя корпусами генерал Ротмистров. Сражение началось. Первым в бой вступил 2-й батальон 1-го танкового полка СС под командованием штурм-баннфюрера Мартина Гросса. Две танковые группировки встретились на площади пятьсот метров в ширину и километр в глубину. В тяжелом трехчасовом бою роты Гросса уничтожили девяносто советских танков. Поле боя площадью всего в пол квадратных километра превратилось в кладбище танков. (За эту операцию штурмбанн-фюрер Гросс 22 июля 1943 года был удостоен Рыцарского Креста). «Тигры» 13-й тяжелой роты начали наступление на левом фланге, но мотопехота не прошла. Огромные танки двигались сквозь заросли и за живыми изгородями. Внезапно из леса вылетели на большой скорости шестьдесят вражеских танков. Советские танки смяли авангард и устремились к «тиграм», сближаясь с ними на 100, 50, а то и 30 метров. Немцы отчаянно сопротивлялись. Были подбиты четыре «тигра». Танк Витмана получил два попадания. Радист Польман был ранен в плечо. Рвались боеприпасы; топливные баки взлетали на воздух, озаряя все вокруг яркими белыми вспышками. «Справа девяносто, дистанция — триста!» — крикнул Витман, заметив появившийся из кустов Т-34. Советский танк остановился. 76-мм орудие начало разворачиваться в сторону «тигра». Воль среагировал мгновенно и выстрелил быстрее, чем советский танкист сумел прицелиться. Прямым попаданием с Т-34 сорвало башню. «Тигр» снова двинулся вперед, остановился и выстрелил. Потом он повернулся на месте, чтобы помочь попавшему в беду товарищу. Температура в танке достигла шестидесяти градусов; воздух был наполнен запахами пороховой гари, пота и крови. Пятеро танкистов в «тигре» понимали, что малейшая небрежность или секундная расслабленность может стоить им жизни. Витман своим спокойствием подавал пример подчиненным и помогал им держаться. Он один за другим отрывисто выкрикивал приказы, устраняя критические ситуации и спасая товарищей в безнадежных ситуациях. Казалось, он успевал повсюду. На этот раз возможности выйти из боя и вернуться на исходные позиции не было. Предстояло сражаться до победного конца. С близкого расстояния 76-мм пушки Т-34 были грозным оружием даже против тяжелобронированных «тигров». По всему полю взрывы боекомплектов рвали танки на части; огромные башни кувыркались в воздухе, словно гигантские погремушки. Повсюду были дым, огонь и стоны. То тут, то там виднелись человеческие фигуры в горящих комбинезонах. В этой ситуации выбор был только один: или ты, или тебя. Неожиданно немцы получили помощь с неба в лице майора Руделя и его пикировщиков. Самолеты, стреляя из пушек, пикировали на цели. Под шквалом огня сверху советские танки взрывались один за другим. Потом появились советские истребители. Они атаковали неповоротливые Ю-87 и сбили около дюжины машин. Наконец прилетели немецкие истребители, и разгорелся воздушный бой. Курская битва достигла кульминации. Смерть могла прийти откуда угодно. Ни та, ни другая сторона больше не думали о победе — танкисты сражались за собственное выживание. Вскоре все поле боя было затянуто плотной завесой пороховой гари, пыли и маслянистого черного дыма. Командиры танков услышали по радио голос оберштурмбаннфюрера Шенбергера: «Продолжать атаку по берегу реки! Прорываться на высокой скорости!» Вскоре поступил приказ гауптштурмфюрера Клинга: «Витман, поставь со своим взводом заслон перед правым флангом и останавливай любые атаки с северо-востока!» Витман подтвердил получение приказа. Он собрал три оставшихся «тигра». Остальные две машины остались где-то позади, на поле боя. Он слышал сигналы бедствия от Вармб-руна и Клебера и надеялся, что их экипажам удалось выбраться из танков. Колонна из трех «тигров» двигалась вперед. Башни танков были развернуты почти перпендикулярно вправо, пока они не заняли место впереди основной группы немецких танков. Потом взвод Витмана снова двинулся вперед с той же скоростью, что и основные силы. Через некоторое время они проехали через поле и повернули вдоль длинного оврага. На небольшом подъеме танки остановились. В смотровую щель Витман увидел серебристую ленту ручья. Прохоровка уже осталась позади. Витман надеялся, что удастся развернуться в сторону деревни, все еще затянутой дымом и пламенем сражения, и поспешить на помощь товарищам. Если бы удалось атаковать противника с тыла, ход битвы мог бы обернуться в их пользу. Но вместо этого они услышали предупреждение командира роты. Гауптштурмфюрер Клинг кричал по радио: «Внимание! Большой отряд танков приближается спереди! Много танков!» Через несколько мгновений Витман их увидел. Не меньше сотни вражеских танков различных типов быстро приближались. «Огонь с коротких остановок! Открываем огонь с 1800 метров!» Наводчики выбрали цели. Лавина советских танков устремилась к немцам, скрылась в низине и вновь появилась примерно в километре от них. «Целься как следует, Воль!» — прохрипел Витман. Дальнобойные орудия «тигров» открыли огонь. В наступающем строю советских танков появились первые бреши. Гремели взрывы. Полыхало пламя. В небо поднимались столбы дыма. Однако основная часть советских танков — 181-я бригада советского 18-го танкового корпуса — продолжала наступление. Советские танкисты старались как можно быстрее сократить дистанцию, зная, что только на расстоянии не более 800 метров их орудия могут представлять угрозу для тяжелобронированных «тигров». Советские танки неслись вперед, не останавливаясь для помощи подбитым товарищам. Любая остановка означала их собственную гибель. Вражеские танкисты стремились вперед с порывом, наполнявшим Витмана восхищением и одновременно ужасом. Его экипаж, так же как и экипажи Лецша и Хефлингера, продолжал вести огонь, не снижая темпа. К тому времени, когда советские танки сблизились до километра, каждый выстрел уже означал прямое попадание. Теперь противник начал отвечать. Советские танкисты стреляли с ходу и поэтому не могли как следует прицелиться. Тем не менее вскоре одна из «пантер» горела, а один из «тигров» был подбит и лишился хода. Группа из примерно пятнадцати танков на большой скорости зашла во фланг. Они двигались прямо на тройку «тигров» Витмана. «По головной машине, Воль!» — крикнул Витман. Наводчик Воль прицелился и выстрелил. Весь экипаж видел, как снаряд пробил борт Т-34. «Попадание!» — проревел унтершарфюрер Меллер. Но вражеский танк лишь ненадолго остановился, а потом вновь присоединился к остальным. Воль выстрелил еще раз. Еще одно попадание. Т-34 снова остановился. Экипаж «тигра» наблюдал: Воль — через прицел, Витман — через стереотрубу, а Меллер — через смотровую щель механика-водителя. Двое советских танкистов извлекли раненого командира из танка и оттащили его в воронку. Внезапно на глазах у Витмана Т-34 снова пришел в движение и направился прямо к «тигру» Лецша. Витман предупредил «Панцер-генерала»: «Осторожно! Он сближается!» «Черт! Черт! — выругался шарфюрер Лецш. — Вперед, или он ослепит нас дымом!» Механик-водитель Лецша направил «тигр» прямо навстречу вражескому танку и резко остановился. Наводчик прицелился в приближающийся Т-34 и выстрелил. Снаряд попал в округлый край башни советского танка и отскочил. Пылающий танк продолжал идти вперед. Через миг Т-34 протаранил «тигр». Огонь охватил немецкий танк. Казалось, что немецкий экипаж запаниковал. «Лецш, назад! Назад!» — заклинал его Витман. Вдруг немецкий танк начал сдавать назад, отделяясь от объятого пламенем остова. Метр... два... пять! В этот момент взорвался боекомплект Т-34. Когда пыль осела, «тигр» сдал назад и вернулся на прежнюю позицию. Он избежал гибели в последний момент. Строй советских танков был остановлен. Поле боя было усыпано горящими и подбитыми танками. Некоторые поврежденные танки продолжали стрелять по «тиграм», пока новое попадание их не уничтожало. Войска генерала Ротмистрова не смогли прорвать немецкий танковый клин, но сумели погасить наступательный порыв II танкового корпуса СС. Бой не утихал еще несколько часов. Днем на командном пункте 4-го моторизованного полка «Дерфюрер» 2-й моторизованной дивизии СС появился генерал Гот. Генерал осмотрел поле боя в стереотрубу. Он видел дымящиеся остовы танков и беспорядочные нагромождения гусениц, башен мотоциклов и бронемашин. В этот же час советские танки снова попытались прорвать немецкий фронт, но были отбиты. В бою возникла пауза. II танковый корпус СС вынужден был перейти от наступления к обороне. Наконец поступило донесение, что 2-я моторизованная дивизия СС на правом фланге корпуса атакована танками советского 2-го танкового корпуса. Противник ворвался в разрыв, образовавшийся между II танковым корпусом СС и III танковым корпусом генерала танковых войск Брейта, продвижение которого задержал советский 3-й гвардейский механизированный корпус. В районе Ржавца на Северском Донце находились три танковые дивизии II танкового корпуса — 6-я, 7-я и 19-я. Они были всего в двадцати километрах от района основных боев, и их танкисты слышали шум боя под Прохо-ровкой. Полковник фон Оппельн-Брониковски, командир 11-го танкового полка, отправил батальон майора Бэке вместе с батальоном бронетранспортеров для захвата переправы через реку. Танки Бэке свободно миновали советские позиции. Советские солдаты приняли их за своих, поскольку в голове колонны шел трофейный Т-34. Его опознавательные знаки были закрашены. Вместо них на танке был нарисован немецкий крест, только, как отмечал позднее Бэке, «очень маленький». Немецкие танки прошли мимо группы из двадцати двух Т-34 неузнанными, однако затем семь Т-34 развернулись. Бэке встретил их лицом к лицу на своей командирской машине. Это был Pz-HI с деревянным муляжом вместо орудия. Однако советские танки не стреляли. Похоже, их командиры не знали, что делать. Они что-то заподозрили, но не были уверены. Пользуясь нерешительностью противника, Бэке вместе со своим заместителем обер-лейтенантом Цумпелем выскочил из танка. С кумулятивным зарядом в каждой руке Бэке подбежал к ближайшему неподвижному Т-34. Он передал один из зарядов Цумпелю. Они заложили заряды и прыгнули в укрытие, оказавшись по грудь в воде. Прогремели два взрыва. Вдруг вокруг разверзся ад. Темноту прочерчивали трассеры. Немецкие танки устремились к мосту, но прежде чем они успели его захватить, советские солдаты взорвали мост. Тем не менее саперы сумели переправиться на другой берег, а за ними последовала и пехота. Им удалось закрепиться на плацдарме, и на следующее утро солдаты Бэке были на другом берегу Донца. (За этот бой майор Бэке был награжден «Дубовыми листьями» к Рыцарскому Кресту.) 6-я танковая дивизия успешно сделала первый шаг. Вскоре мост был отремонтирован, и танки генерала Брей-та переправились через реку. Однако 12 июля, когда они готовились наступать на Прохоровку, чтобы склонить чашу весов в пользу сражавшихся там дивизий СС, танки были отозваны. Они переправились через Донец в обратном направлении и поспешили к Александровке, где под сильнейший удар попал 4-й моторизованный полк 6-й танковой дивизии, которому грозило полное уничтожение. Именно атака под Александровкой выиграла сражение для советской стороны. Ранним утром 13 июля дивизии войск СС и другие дивизии южного фланга продолжали отчаянные попытки добиться решающего прорыва.
комментарии: 0 | просмотров: 1091 | раздел: Асы панцерфаффе
Использование материалов сайта с только разрешения автора и с активной ссылкой на сайт