Людские потери Беларуси в войне

дата: 1-03-2012, 22:34 просмотров: раздел: История фашизма
Людские потери Беларуси в войнеРазные авторы не только в нашей стране, но и за рубежом, анализируя данные о людских потерях БССР в 1941–1945 годах, приходили к совершенно различным выводам. Назывались новые цифры – как очень низкие, так и очень высокие: например, 750 тыс. (Ю. Туронок) или более 3 млн. (Э. Иоффе). И вряд ли можно сейчас с абсолютной точностью сказать, сколько жителей Беларуси погибло или навсегда покинуло страну во время Великой Отечественной войны. Поэтому в годовщину светлого майского праздника Победы мы лишь попыталась обозначить круг проблем, связанных с этим вопросом, конечно, не претендуя на его окончательное решение.

Данные ЧГК
В архивных материалах найдена, например, партизанская листовка, в которой еще в 1944 году было написано о 2 млн. жителей Беларуси, уничтоженных гитлеровцами. В общем, есть веские основания утверждать, что данные ЧГК о потерях гражданского населения Беларуси были занижены, причем существенно. Это можно проиллюстрировать на примерах Гродненской и Минской областей. Так, в Национальном архиве хранится подлинник докладной записки на имя председателя ЧГК Н.М. Шверника, составленной в Гродно членами областной комиссии 25 июня 1945 года. В ней сказано: «Установлено, что немецкими властями убито по области советских мирных граждан 176 530, военнопленных 21 323, увезено в рабство 53 955 человек» (фонд 845, дело 138, лист 15). Но уже через месяц в протоколе ЧГК зафиксированы совсем другие, более низкие, цифры, которые в конечном счете и были признаны официальными: 111 208 мирных граждан, 41 333 военнопленных, 53 955 угнанных в немецкое рабство. Еще более преуменьшены данные о жертвах на территории Минской области. 13 августа 1944 года областная комиссия составила акт, в котором описаны обнаруженные места массового захоронения советских мирных граждан и военнопленных. Это – кладбище военнопленных, узников «Шталага № 352» (80 тыс. человек), захоронения близ деревни Тростенец в урочище Благовщина (до 150 тыс.), близ хутора Петрашкевичи (до 25 тыс.), в урочище Уручье (более 30 тыс.), близ поселка Дрозды (около 10 тыс.), а также общие могилы на Минском еврейском кладбище, в Тучинке, на Кальварийском кладбище, в столичном парке культуры и отдыха и других местах. Отдельно было упомянуто о яме-печи в Тростенце, однако комиссия затруднилась дать точную оценку, сколько людей было там сожжено фашистами. После сложения приведенных оценочных цифр был сделан вывод, что в Минске и окрестностях гитлеровцы истребили около 300 тыс. советских граждан и военнопленных. Таким образом, комиссия допускала, что трагедия Тростенца могла быть еще страшнее. Однако из той версии отчета, которая была опубликована отдельной брошюрой 19 сентября 1944 года Госполитиздатом СССР, слова о «сотнях тысяч» сожженных в тростенецкой яме-печи были исключены. Оценки общего количества жертв концлагеря Малый Тростенец колеблются от 206,5 тыс. до 546 тыс. человек. Последнюю цифру озвучила в 1995 году ученый секретарь Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны, заместитель председателя историко-мемориального фонда «Тростенец» Алла Ванькевич. Поскольку Минская областная комиссия в 1944 году включила в итоговый отчет около 150 тыс. жертв, захороненных близ деревни Тростенец, то к данным ЧГК следует прибавить от 50 до 390 тыс. неучтенных узников концлагеря. Примем также во внимание, что в 1944–1945 годах были известны еще далеко не все преступления гитлеровцев в Беларуси. Да и возможно ли было подсчитать точное количество останков, захороненных в братских могилах, «на глазок», без тщательных раскопок и эксгумации? С этим вопросом мы обратились к начальнику управления по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн Министерства обороны полковнику Виктору Шумскому. – Всего в Беларуси в настоящее время зарегистрировано 6766 воинских захоронений, в которых покоятся останки 2 млн. 129 тыс. 869 человек, – пояснил он.
При подготовке материалов обнаружилось, что в нашей стране даже в специальных научных работах до сих пор итоговые данные ЧГК о жертвах немецко-фашистских преступлений по двенадцати областям БССР (в границах 1945 года) публикуются с неточностями. Данные в обоих документах идентичны. Откуда взято количество захороненных? О некоторых могилах мы знаем точно, каково количество погребенных в них людей. Остальные оцениваются по архивным документам, в которых указаны размеры и границы захоронений. В 1944 году, когда работала ЧГК, определялась глубина ямы, в которой захоронены люди, и ее общий объем. Из расчета 5 останков на один кубометр объема устанавливалось общее количество жертв. Хотя данные, полученные по этому методу, имеют погрешность: ведь есть разница между 14 тыс. военнопленных и 14 тыс. детей. Тростенец, безусловно, является крупнейшим в Беларуси массовым захоронением. Та м погребены останки не менее 200 тыс. человек. Я слышал цифру более 500 тыс. Реальное количество где-то посередине…
Если ЧГК вольно или невольно преуменьшила общее число жертв среди мирного населения по каждой из двенадцати областей БССР в среднем на 40–50 тыс. (что мы и видели на примерах Гродненской и Минской областей), то получается, что к итоговой цифре 1 409 225 следует прибавить еще около 500–600 тыс. погибших. Однако следует делать скидку на вероятные погрешности в расчетах ЧГК, связанные с оценкой количества погибших в тех или иных захоронениях.

Переписи и эвакуация
Казалось бы, что может быть проще: взял результаты довоенной и послевоенной переписей населения, сверил результаты – и вот она, цифра людских потерь БССР. Однако границы и областное деление БССР с 1939 по 1944 год неоднократно менялись. На 1 января 1941 года общая площадь республики составляла 225,7 тыс. кв. км, а население – 10 млн. 454 тыс. 900 человек. Областей было десять, включая Белостокскую и Вилейскую. В 1944 году семнадцать районов Белостокской и три района Брестской областей были переданы Польше, и, заметим на будущее, количество жертв немецко-фашистского геноцида в этих районах с более чем миллионным населением никогда не включалось в общую статистику по БССР. Были образованы новые области – Бобруйская, Гродненская и Полоцкая. Вилейская оказалась переименована в Молодечненскую, а часть ее территории передана Полоцкой области. Все это чрезвычайно усложняет калькуляцию. В 1945 году население БССР насчитывало 6 млн. 264 тыс. 800 человек. В республике не хватало почти 3 млн. жителей. Казалось бы, эта цифра сама по себе красноречиво доказывает, что оккупация имела катастрофические последствия для населения БССР. Однако живущий в Польше исследователь Юрий Туронок, наоборот, попытался на основании этих данных убедить общественность, что белорусы, дескать, пострадали от нацистов и их пособников значительно меньше, чем принято считать. Свои выводы он изложил в статье «Кожны чацьверты» і Курапаты» (1989) и книге «Беларусь пад нямецкай акупацыяй» (1993). Логика Ю. Туронка такова: по официальным советским данным, летом 1941 года в советский тыл из БССР (в основном из восточных областей, за исключением Минской) было эвакуировано около 1,5 млн. человек, мобилизовано в Красную Армию более 500 тыс., жертвами немецко-фашистского геноцида стали 1,4 млн., вывезены в Германию – 378 тыс., мобилизованы в Красную Армию в 1944 году – более 600 тыс., выведены через «Витебские ворота» в советский тыл летом 1942 года – 35 тыс. Итого: более 4 млн. 422 тыс. человек. Эту цифру Ю. Туронок сопоставил с уже известной нам разницей в 3 млн. между количеством населения БССР в 1941 и 1945 годах. Полученное несовпадение (без малого 1,5 млн. человек!) он попытался объяснить тем, что данные о жертвах немецко-фашистского геноцида якобы завышены почти вдвое. Даже поверхностный разбор аргументации Ю. Туронка показывает, что его доводы, мягко говоря, основаны на неверных предпосылках. Почему-то он очень бережно отнесся к официальным послевоенным данным о количестве эвакуированных в советский тыл и мобилизованных в Красную Армию в 1941 году, считая, что они точны. Между тем в 1941 году все население Гомельской, Могилевской, Полесской и Витебской областей, из которых в основном и производилась эвакуация гражданского населения и мобилизация призывников, составляло около 4,3 млн. Если бы из них выехали 1,5 млн. человек да еще полмиллиона призывников, то города в этих регионах (ведь сельчан никто массово не эвакуировал!), буквально обезлюдели бы. В таком случае автор «Беларусі пад нямецкай акупацыяй» должен был как-то прокомментировать этот факт. Сведения о полутора миллионах эвакуированных жителей БССР, кочующие из энциклопедии в энциклопедию, просто сфальсифицированы после войны, чтобы хоть как-то заретушировать масштабы катастрофы 1941 года. Причем, как доказал на основании архивных данных доктор исторических наук Эмануил Иоффе, они преувеличены, как минимум, в три раза. Несколько завышена, видимо, и цифра в 500 тыс. призывников, якобы пополнивших Красную Армию на территории БССР в начале войны. Все ли из них в страшные дни июня – июля 1941 года успели прибыть на сборные пункты или в расположение воинских частей?

Каждый четвертый или каждый третий?
Данные ЧГК о том, что на территории БССР погибли 1 млн. 409 тыс. 225 мирных граждан, конечно, не могут быть признаны окончательными для исчисления общих потерь Беларуси в войне. Во-первых, как мы видели, они были занижены. Во-вторых, в эту цифру не вошли жители Беларуси, погибшие на фронтах, в партизанских отрядах, в немецком рабстве и плену.
Часто встречается мнение (окрашенное в довольно недоброжелательные тона), что версия о «каждом четвертом» погибшем жителе Беларуси возникла на основании неправильно понятых партийными идеологами итоговых данных ЧГК: сложили, мол, количество мирных граждан и военнопленных, вот и получилось 2,2 млн. – «каждый четвертый». Но это не так. Ведь еще в феврале 1955 года председатель Совета Министров БССР К.Т. Мазуров, выступая на сессии Верховного Совета республики, обозначил количество погибших жителей БССР как полтора миллиона, то есть почти в полном соответствии с данными ЧГК. Значит, республиканское руководство не собиралось использовать эти цифры для каких-то пропагандистских фальсификаций. Как сообщил нам А.А. Раков (с 1963 года возглавлявший отдел населения и трудовых ресурсов НИЭМП при Госплане БССР), строительству Хатынского мемориала, открытого в 1969 году, предшествовала достаточно серьезная подготовка. В том числе по заданию П.М. Машерова подсчитывались демографические потери Беларуси в результате Великой Отечественной войны. Хотя нам неизвестны точные результаты этих подсчетов, но кажется, что версия о «каждом четвертом» основывалась именно на них.
В последнее десятилетие тема людских потерь Беларуси в Великой Отечественной войне стала предметом исследования для двух известных специалистов – профессора кафедры политологии и права Белорусского государственного педагогического университета имени М. Танка, доктора исторических наук Эмануила Иоффе и заведующего отделом военной истории и межгосударственных отношений Института истории НАН Беларуси доктора исторических наук, профессора Алексея Литвина. В статье, опубликованной в «Беларускай думцы» за 2000 год (№ 8), Э.Г. Иоффе признал, что данные ЧГК были занижены на десятки тысяч человек. По его мнению, в 1941–1945 годах немцы и их пособники уничтожили на территории республики не менее 2 млн. 210 тыс. человек. В том числе около 300 тыс. погибли на оккупированной и прифронтовой территории от голода, бомбежек, артиллерийских обстрелов, тяжелых условий жизни, непосильного труда. Из числа угнанных в немецкое рабство погибли 173,2 тыс. человек. На фронте, сложили голову 327 тыс. 108 человек (исходя из предположения, что каждый 26-й из числа погибших советских военнослужащих был уроженцем Беларуси), в партизанских отрядах – около 45 тыс. Еще 336,6 тыс. уроженцев Беларуси – погибли в немецком плену. От рук партизан нашли смерть около 55 тыс. белорусских коллаборационистов и полицаев. Таким образом, по подсчетам Э.Г. Иоффе, итоговая цифра людских потерь БССР в годы войны составила 3 млн. 146 тыс. 800 человек. Это дало ученому основания говорить о том, что погиб каждый третий житель республики. С ним, однако, не согласился А.М. Литвин, опубликовавший в 2001 году собственные расчеты в сборнике «Беларусь у XX стагоддзі» (Вып. 1). Он признал, что в 1941 году население БССР (в современных границах Республики Беларусь) составляло 9,2 млн., тогда как в конце 1944 года – около 6,3 млн. человек.
Остальные 900 тыс. человек (из 2,9 млн.), которые к концу 1944 года отсутствовали на территории БССР, по мнению А.М. Литвина, это в основном те, кто служил в Красной Армии или не вернулся из эвакуации или немецкого рабства. Правда, историк оперировал явно завышенной цифрой в полтора миллиона эвакуированных, поэтому итоговый «баланс» так и не сошелся. Но если принять число эвакуированных в 250–300 тыс. человек (они начали возвращаться в освобождаемые регионы БССР еще с конца 1943 года), то расчеты А.М. Литвина вполне реалистичны.

Будет ли найдена истина?
Однако кто из двух историков прав – покажет время. В любом случае следует приветствовать, что после десятилетий замалчивания людские потери Беларуси в войне стали объектом научной дискуссии, хоть и скоротечной. Надеемся, эта дискуссия в дальнейшем получит продолжение. В интервью нашему журналу Э.Г. Иоффе признал, что решение этой проблемы с учетом всех факторов – исторических, источниковедческих, демографических, социально-экономических, политических – требует комплексного государственного подхода с участием всех заинтересованных министерств и ведомств, научных учреждений Беларуси.
По мнению А.М. Литвина, необходим тщательный источниковедческий анализ всех официальных сведений, в первую очередь сообщений ЧГК по районам и областям, сопоставление их с данными других источников. Одним из наиболее перспективных направлений он считает тщательный поименный подсчет всех погибших в годы войны жителей Беларуси, что связано с подготовкой районных книг «Память» и составлением на их основе электронной базы данных. Хотя эта идея была высказана еще 8 лет назад, она и сейчас не утратила своей актуальности. Ученый считает, для получения данных о потерях Беларуси надо знать численность населения республики на начале и конце войны, о количестве жителей республики, призванных в Вооруженные Силы СССР в 1941–1945 годах и принимавших участие в боевых действиях. Необходим тщательный анализ потерь населения БССР не только из-за гитлеровского геноцида, но и во время боевых действий регулярной армии, партизан и в результате бомбардировок (немецких и советских). Следует также получить точную информацию о величине естественной убыли населения (от болезней, старости, несчастных случаев и других причин) за годы оккупации.
В 2006 году на страницах «Военно-исторического журнала» известный российский теоретик военной науки, фронтовик, генерал армии Махмут Гареев признал: «Фактически правительство так и не отчиталось перед своим народом в том, какой ценой была завоевана Победа». И эти слова, по сути, укор властям не только России, но и других стран – творцов и наследниц Великой Победы. Похоже, в России всерьез решили исправить эту историческую несправедливость. В январе нынешнего года российский министр обороны Анатолий Сердюков официально предложил создать комиссию, которая подсчитает все людские и материальные потери страны в Великую Отечественную войну.
Но, конечно, белорусская специфика весьма отличается от российской, и прежде всего тем, что приходится делать различие между потерями в Великой Отечественной и во Второй мировой войне. Вторая мировая война началась для нашей страны еще в сентябре 1939 года, когда в западных регионах велись боевые действия между польскими и советскими войсками. Во время этих боев неизбежны были потери среди мирного населения. Кроме того, по подсчетам Юрия Грибовского, автора монографии «Беларусы ў польскіх рэгулярных вайсковых фармаваннях. 1918–1945», в тогдашней польской армии служило не менее 70 тыс. уроженцев Западной Беларуси. Из них во время сентябрьских боев погибло 7–8 тыс. человек. «А если принять во внимание, что польские соединения, которые формировались за счет резервистов из Западной Беларуси, участвовали в наиболее кровавых баталиях и понесли значительные потери, то эту цифру можно увеличить до 9–10 тыс.», – полагает Ю. Грибовский. Десятки тысяч военнослужащих Войска Польского белорусского происхождения попали в немецкий плен. Из них несколько тысяч были переданы Советскому Союзу и очутились уже в советских лагерях. Около тысячи уроженцев Западной Беларуси погибли во время боев в Италии (под Монте-Кассино), сражаясь против фашистов в рядах 2-го Польского корпуса генерала Андерса. Есть и другой не всегда афишируемый аспект: с конца 1939 года по май 1941 года с территории Западной Беларуси были депортированы десятки тысяч людей. Среди них были должностные лица старой польской администрации, осадники, представители интеллигенции, зажиточные крестьяне. Объективно их также следует относить к демографическим потерям Беларуси, но не в Великой Отечественной, а во Второй мировой войне. Наконец, только в последнее время исследователи начали включать в людские потери республики полицаев и деятелей оккупационной администрации, погибших во время войны или бежавших на запад вместе с отступавшими гитлеровцами. И безусловно, важнейшее политическое значение имел бы точный, на основании современных компьютерных методик, расчет количества, национального и социального состава населения, которое бы проживало на территории Республики Беларусь в настоящее время, если бы не было войны. Как известно, такие подсчеты производились, но очень давно. Данные А.А. Ракова, безусловно, примиряют между собой сторонников двух числовых пропорций. Если считать только прямые потери в годы войны, то, по самым реалистичным подсчетам, со скидкой на погрешности в вычислениях, погиб каждый четвертый житель Беларуси. Если же учитывать и косвенные демографические потери, то республика не досчиталась каждого третьего. И оба этих труднооспоримых факта лишний раз с впечатляющей силой подчеркивают масштабы трагедии войны и значение праздника Победы для нашей страны и нашего народа.
комментарии: 0 | просмотров: | раздел: История фашизма
Использование материалов сайта с только разрешения автора и с активной ссылкой на сайт