популярное


«Кувандыкский завод КПО «Долина» - причастность к Великой ПобедеСамым знаменательным событием в том числе и для «Кувандыкского завода КПО «Долина» , является день Победы в Великой Отечественной войне. Ветеранов войны и тружеников тыла, которые работали на нашем предприятии, осталось 37 человек. Ежегодно, и этот юбилейный год не был исключением, начиная с начала мая, все наши ветераны получили поздравительные конверты от предприятия. У некоторых из них были взяты интервью и запечатлены на видеокамеру для истории. Это Дивицкий Аркадий Николаевич, Леонова Клавдия Григорьевна, Сабангулов Гайзулла Саффич, Корнев Петр Иванович, Гниломедов Василий Алексеевич.


Творчество столичных деятелей литературы и искусства в период эвакуации в ПоволжьеВ восточные регионы страны из прифронтовых районов направлялся гигантский поток людей, промышленного оборудования, материальных и культурных ценностей. За июнь– декабрь 1941 г. на восток РСФСР были переправлены 1523 промышленных предприятия, 1,5 млн вагонов с оборудованием, сырьем, топливом, эвакуировано 17 млн человек. Среди них много творческих коллективов, видных деятелей культуры. Только за осень 1941 г., основные тыловые регионы страны (Поволжье, Урал, Западная и Восточная Сибирь, Средняя Азия, Северный Казахстан) приняли 60 ведущих российских театров, более 500 членов ССП, 189 композиторов и 754 художника Москвы, Ленинграда, Украины.


НКИ в годы Великой Отечественной воины и послевоенное восстановлениеГоды эвакуации были годами тяжелых лишений и их преодолений, годами предельного напряжения сил, выполнения коллективом института своего патриотического долга. Институт - высшее учебное заведение - был сохранен. Всего за эти пять военных лет (1941-1945 гг.) Николаевский кораблестроительный институт выпустил 477 специалистов (из них 157 кораблестроителей, 225 механиков, 95 технологов). Это были годы напряженной борьбы коллектива за сохранение института, за выпуск специалистов, столь необходимых отечественной промышленности, работавшей тогда под девизом „Все для фронта, все для победы!".


Ученый совет ВНИИМ в годы Великой Отечественной войныВ условиях суровой блокадной зимы 1941-1942 гг. Совет вынужден был приостановить свою деятельность. С включением ВНИИМ Ленинградским горкомом ВКП(б) в список действующих оборонных учреждений и возобновлением подачи электроэнергии работа всех подразделений Института активизировалась, в том числе, Метрологического бюро, Научно-технической библиотеки, где было организовано получение книг по межбиблиотечному обмену «для лабораторий и сотрудников, работающих на оборону».


Из истории партизанской борьбы в Московской битвеОтправной точкой подготовки СССР к партизанской борьбе все авторы единодушно считают середину 1921 г., когда в первом номере журнала «Армия и революция» появилась статья М.В. Фрунзе «Единая военная доктрина и Красная Армия». При упоминании данной статьи обычно цитируется абзац седьмого раздела, где речь идет о партизанских действиях. Но цитирование только этого абзаца не совсем правильно. Если откроем первый том «Собрания сочинений» М.В. Фрунзе или «Сборник избранных произведений», то обнаружим непосредственную связь содержания седьмого раздела статьи с последним абзацем раздела шестого. Составители вынуждены принести читателю извинения за столь длинную цитату, но сделать это мы считаем необходимым.


Поле боя — Москва30 сентября 1941 г. немецкие войска начали «последнее» наступление своей «Восточной кампании» — операцию «Тайфун», имевшую главной целью охват и взятие Москвы. Над столицей нашей Родины нависла угроза непосредственного вторжения противника. С 19 октября 1941 г. в Москве было объявлено осадное положение. Защитники города изготовились встретить врага на подступах к Москве, на окраинах и улицах столицы. Но даже гарнизон Кремля не был последней линией, последним резервом Московской зоны обороны.


Танки «малютки»Постановлением ГКО 222 от 20 июля 1941 года выпуск 10000 танков Т-60 организовывался, кроме завода № 37, на ГАЗе и ХТЗ. Бронекорпуса и башни для них поставлялись с Ворошиловграде кого завода имени Октябрьской революции. Муромского паровозоремонтной) завода. Новокраматорского машиностроительного завода, Выксунского завода дробильно-размольного оборудования и Таганрогского завода «Красный котельщик». Чертежами и техпроцессом эти предприятия обеспечивали завод № 37 и завод имени Орджоникидзе, причем это были чертежи машины с упрошенным корпусом и башней.


Модернизация танка  Т-60В ходе серийного производства Т-60 неоднократно делались попытки улучшить характеристики танка - все прекрасно понимали, что его боевая ценность весьма невысока. Так, еше в августе 1941 года конструкторское бюро завода № 92 в Горьком по своей инициативе приступило к проектированию пушки ЗИС-19, предназначенной для вооружения танка Т-60. Она представляла собой 37-мм орудие со стволом в 66,7 калибра, начальной скоростью снаряда 915 м/с и баллистикой 37-мм зенитки образца 1939 года.

партнеры


Единство в организации мира

дата: 8-03-2011, 01:46 просмотров: 301 раздел: Союзники Сталина
Говорят, что противоположности часто сходятся, что люди различных характеров, жизненных интересов и даже моральных качеств нередко быстро и легко понимают друг друга. Большой объем работы был проделан для принятия итогового документа Конференции — «Единство в организации мира, как и в ведении войны». Рассмотрение, а тем более решение этих сложнейших проблем проходило на Конференции в острейшей борьбе. Одним из спорных вопросов являлось учреждение Организации Объединенных Наций. На 25 апреля 1945 г. был назначен созыв в Сан-Франциско учредительной Конференции Организации Объединенных Наций. Но все еще не были согласованы важные вопросы, связанные с ее будущим функционированием. В частности, шли споры по вопросу о принципах голосования в Совете Безопасности ООН, о том, сколько советских республик станут членами — учредителями Организации. Верховный Совет СССР предоставил союзным республикам СССР право устанавливать международные отношения с другими государствами. И сразу же союзников СССР стал преследовать кошмар того, что все союзные республики станут членами — учредителями международной организации мира и соответственно будут иметь в ней право голоса. В одной из канзасских газет в те дни появилась карикатура: улыбающийся Сталин с трубкой в зубах вертит рукоятку огромной мясорубки, и оттуда одна за другой вылетают Советские союзные республики — будущие учредители ООН. Сталин был большой мастер компромисса, и на Крымской конференции, почувствовав нереальность советских требований, он заявил, что СССР согласен на то, чтобы «три или по крайней мере две из наших республик были членами — учредителями международной организации». Черчилль и Рузвельт вздохнули с облегчением: один из спорных вопросов благополучно разрешился. Самым сложным, трудно разрешимым оказался польский вопрос. Рузвельт, открыв своим выступлением официальное заседание, состоявшееся 6 февраля, заявил, что американцы польского происхождения знают, что полякам придется отказаться от Восточной Польши. Президент высказался за то, чтобы эти территориальные потери были компенсированы Польше на Западе за счет Германии. «Общественное мнение в США, — подчеркнул президент, — в общем выступает против признания люблинского правительства, потому что оно представляет лишь небольшую часть Польши и польского народа. Выдвигается требование о создании правительства национального единства.» Однако в понятие правительство «национального единства» Польши Сталин и Черчилль с Рузвельтом вкладывали различное содержание, и по этой причине многие аспекты польской проблемы не получили своего разрешения на Крымской конференции. Пожалуй, лучшим репортажем о Крымской конференции была статья известного американского журналиста Дрю Пирсона, которую перепечатали все крупнейшие газеты США. Статья называлась «Сталин в Ялте». Автор отмечал, что Сталин произвел огромное впечатление на Рузвельта и Черчилля. «Они, — говорилось в статье, — были поражены его простотой, прямотой и скромностью. Булылую часть времени он сидел, редко когда его охватывало возбуждение. Рядом с ним находился переводчик с мощной шеей, носивший сорочку 17-го размера, переводивший искусно и четко». Обсуждение польского вопроса, очевидно, вывело Сталина из равновесия. «Только во время обмена мнениями по польской проблеме, — писал Пирсон, — Сталин встал из-за стола и начал энергично излагать свою точку зрения». В течение трех лет войны, отмечал автор статьи, Сталин заявлял, что новая граница Польши должна проходить по линии лорда Керзона, поддержанной французским лидером Клемансо. В Ялте Сталин напомнил об этом Рузвельту и Черчиллю, добавив, что именно американские эксперты в свое время определили «линию Керзона» как границу Польши. «Затем, поднявшись со своего кресла, Сталин драматично заявил: "Не хотите ли Вы, чтобы я сказал русскому народу, что я русский меньше, чем лорд Керзон? Не хотите ли Вы, чтобы я сказал русскому народу, что я русский меньше, чем Клемансо? Не хотите ли вы, чтобы я согласился на меньшее, чем то, что они предлагали России?"» Сталин сел, а переводчик переводил его слова. Когда руководитель советской делегации заговорил о том, что Советский Союз хочет, чтобы сильная и свободная Польша стала препятствием на пути германской агрессии против СССР, Сталин вновь поднялся со своего места. «Вы говорите, что немцы не пересекут польский коридор, — продолжал он, глядя на Черчилля. — Но факты говорят о том, что на протяжении 25 лет они дважды сделали это для того, чтобы напасть на Россию. Вы говорите о честности англичан, мистер Черчилль. Однако придет ли Ваша армия на нашу защиту, если мы подвергнемся нападению?» В статье Пирсона рассказывалось о том, что в Крыму завязалась дискуссия по вопросу о проведении свободных выборов в Польше. Рузвельт и Черчилль первоначально считали, что Сталин откажется от проведения таких выборов, но в конечном счете он дал на это согласие. Было решено, что польским солдатам, сражающимся на различных фронтах, будет предоставлена возможность прибыть в Польшу, чтобы принять участие в голосовании. В исторической перспективе Сталин оказался прав. Пройдет немного более 50 лет, и «польский коридор» вновь будет использован для агрессии против России. На этот раз не одна Германия, а в мощном союзе с другими странами НАТО пересечет «польский коридор» во время продвижения этого военно-политического блока на Восток. И Англия не только, разумеется, не придет на защиту России, а будет самым рьяным участником этой акции, всем своим острием направленной против нашей страны. Обсуждение польского вопроса заняло львиную долю времени на Конференции. И надо было обладать завидным терпением, чтобы выдержать все эти бесконечные дебаты. Чувствовалось, что президент был на грани срыва. Тяжелобольному человеку приходилось изо дня в день участвовать в обсуждении этой сложной проблемы, которое велось на повышенных эмоциональных тонах и требовало немалого нервного напряжения. Президента в конце концов прорвало, так же как незадолго до этого Черчилля, когда премьер заявил лондонским полякам, что он готов будет иметь дело с люблинскими поляками, если эмигрантское правительство Польши не займет конструктивную позицию. На одной из встреч Рузвельт заявил: «Польша была источником неприятностей в течение более 500 лет»28. Впрочем, в Крыму эта неприятность досаждала президенту в значительно меньшей степени, чем 14 месяцев назад на Тегеранской конференции. Позади были президентские выборы, и Рузвельт мог хотя бы в какой-то степени абстрагироваться от позиции шести миллионов американских поляков, которые играли далеко не последнюю роль в избирательных кампаниях США. Президент неплохо знал историю. Он справедливо обратил внимание на то, что из-за Польши в течение половины тысячелетия Европу неоднократно трясла военно-политическая лихорадка. На Крымской конференции не были решены многие вопросы — польский, проблема репараций и др. Однако позитивная сторона Конференции была огромна. Рузвельт, выступая в конгрессе по итогам ее работы, говорил: «Эта Конференция означает конец системы односторонних действий, замкнутых союзов, сфер влияния и всех других политических интриг, к которым прибегали на протяжении столетий.» К сожалению, президент не оказался политическим пророком. Пройдет всего четыре года после победы союзников над Германией и будет создано НАТО. В ответ на это появится Организация Варшавского договора и начнется такое тяжелейшее и длительное противостояние двух противоположных систем, которого история еще не знала в условиях мирного времени. С учетом широкого разброса оценок Крымской конференции в средствах массовой информации, в выступлениях политических деятелей США самой различной ориентации выступление Рузвельта в конгрессе имело для общественности страны исключительно важное значение. Оно помогло американцам правильно разобраться в сложнейших перипетиях советско-американских отношений в конце войны, в политическом курсе Большой тройки. Столь же важное значение для английской общественности имела позитивная оценка итогов работы Крымской конференции, с которой выступил Черчилль, возвратившись из Ялты в Лондон. 27 февраля Черчилль предложил палате обшин одобрить результаты Крымской конференции. И опять возник вопрос о Польше. Черчилль заявил парламентариям, что Сталин дал самые торжественные заверения, что суверенная независимость Польши будет соблюдена и «к этому решению теперь присоединились Великобритания и США». Черчилль писал в мемуарах, что невмешательство Сталина в политику, которую Англия вела в Греции, убедила его, что советский руководитель выполнит свое обещание о проведении честных выборов в Польше. Премьер-министр сказал в палате общин: «Впечатление, сложившееся у меня после поездки в Крым и после всех других встреч, таково, что маршал Сталин и советские лидеры желают жить в дружбе и равенстве с западными демократиями. Я считаю также, что они — хозяева своего слова». Черчилль говорил о своей глубокой вере в Сталина: «Мне не известно ни одно правительство, которое выполняло бы свои обязательства, даже в ущерб самому себе, более точно, нежели русское советское правительство. Я категорически отказываюсь пускаться здесь в дискуссии относительно добросовестности русских». Премьер-министр ратовал за единство союзников: «Совершенно очевидно, что эти вопросы касаются всей будущности земного шара. Действительно, судьба человечества была бы мрачной в случае возникновения какого-либо ужасного раскола между западными демократиями и русским Советским Союзом. . .»31 О положительном отношении английской общественности к Крымской конференции свидетельствовал тот факт, что в ходе голосования в палате общин подавляющее большинство одобрило решения Конференции. Только 25 членов палаты, в большинстве консерваторы, проголосовали против. О характере отношений, которые сложились между Сталиным и Рузвельтом, свидетельствовал тот факт, что такой важный вопрос, как вступление СССР в войну с Японией, они обсуждали вдвоем, без Черчилля. На секретной встрече Рузвельта со Сталиным 8 февраля, о которой Черчилль узнал лишь на следующий день, Сталин согласился вступить в войну против Японии через два-три месяца после разгрома Гитлера. Идя навстречу пожеланиям советского руководства, Рузвельт дал согласие на то, чтобы русские вернули себе все права и территории, отнятые у них японцами в войну 1904— 1905 гг., чтобы существующее положение во Внешней Монголии было сохранено и чтобы Советский Союз получил Курильские острова. После того как Чан Кайши согласится с этими условиями (Рузвельт взялся добиться такого согласия), Сталин обещал, что Китай сохранит полный суверенитет над Маньчжурией и что Советский Союз заключит договор о дружбе и союзе с правительством Китая. Черчилль ничего обо всем этом не знал, как, впрочем, не знал и государственный секретарь США Стеттиниус. До последнего дня Конференции Рузвельт не посвящал Черчилля в эти дела. Черчилль проинформировал об этом министра иностранных дел Идена, который расценивал переговоры Рузвельта со Сталиным как «постыдные» и рекомендовал Черчиллю не подписывать это соглашение. Но премьер-министр, казалось, был менее обеспокоен, чем Иден, и согласился со сделкой, заключенной Рузвельтом, по той причине что, если бы англичане отказались подписать соглашение Рузвельта — Сталина, пострадало бы их влияние на Дальнем Востоке. Американская общественность, в целом приветствуя результаты Крымской конференции, по ряду ее решений резко критиковала Рузвельта. В частности, это в первую очередь касалось вопроса о Польше. Отражая эти настроения, средства массовой информации США отмечали, что позиция «ряда критиков очень резкая, они осуждают уступки Рузвельта и Черчилля (в Ялте. — Р.И.) , позволившие России разделить Польшу и взять ее территорию к востоку от линии Керзона». Газета приводила слова Дэвида Лоуренса из «Юнайтед Стейтс ньюс», который писал, что в вопросе о Польше «Атлантическая хартия была разорвана в клочья... Ялтинское коммюнике свидетельствует о том, что то, что было несправедливо как одностороннее действие, сейчас стало правильным. Это — утверждение суда Линча в международных делах». Лоуренс писал, что «может быть, и была необходимость пойти на умиротворение Сталина... Однако Соединенные Штаты передали слишком много военных материалов, поставили слишком много солдат на войну, чтобы играть вторые или третьи роли в мирном урегулировании и в международных делах. Если Сталин пойдет своим путем, мы не добьемся прочного международного мира». Газета выступала против принятого на Крымской конференции, по ее мнению, решения о разделе Германии «Большой тройкой, при котором Россия забирает львиную долю Германии». Эта же газета 22 марта 1945 г. вновь возвращалась к критике решений Крымской конференции по польскому вопросу, цитировались документы Конференции, в которых говорилось о том, что в освобожденных от фашистских оккупантов странах будут проведены «свободные выборы». Газета резко критически оценивала практику проведения таких выборов в Польше, рассматривая их как антидемократические.
комментарии: 0 | просмотров: 301 | раздел: Союзники Сталина

Добавление комментария

Использование материалов сайта с только разрешения автора и с активной ссылкой на сайт