популярное


«Кувандыкский завод КПО «Долина» - причастность к Великой ПобедеСамым знаменательным событием в том числе и для «Кувандыкского завода КПО «Долина» , является день Победы в Великой Отечественной войне. Ветеранов войны и тружеников тыла, которые работали на нашем предприятии, осталось 37 человек. Ежегодно, и этот юбилейный год не был исключением, начиная с начала мая, все наши ветераны получили поздравительные конверты от предприятия. У некоторых из них были взяты интервью и запечатлены на видеокамеру для истории. Это Дивицкий Аркадий Николаевич, Леонова Клавдия Григорьевна, Сабангулов Гайзулла Саффич, Корнев Петр Иванович, Гниломедов Василий Алексеевич.


Творчество столичных деятелей литературы и искусства в период эвакуации в ПоволжьеВ восточные регионы страны из прифронтовых районов направлялся гигантский поток людей, промышленного оборудования, материальных и культурных ценностей. За июнь– декабрь 1941 г. на восток РСФСР были переправлены 1523 промышленных предприятия, 1,5 млн вагонов с оборудованием, сырьем, топливом, эвакуировано 17 млн человек. Среди них много творческих коллективов, видных деятелей культуры. Только за осень 1941 г., основные тыловые регионы страны (Поволжье, Урал, Западная и Восточная Сибирь, Средняя Азия, Северный Казахстан) приняли 60 ведущих российских театров, более 500 членов ССП, 189 композиторов и 754 художника Москвы, Ленинграда, Украины.


НКИ в годы Великой Отечественной воины и послевоенное восстановлениеГоды эвакуации были годами тяжелых лишений и их преодолений, годами предельного напряжения сил, выполнения коллективом института своего патриотического долга. Институт - высшее учебное заведение - был сохранен. Всего за эти пять военных лет (1941-1945 гг.) Николаевский кораблестроительный институт выпустил 477 специалистов (из них 157 кораблестроителей, 225 механиков, 95 технологов). Это были годы напряженной борьбы коллектива за сохранение института, за выпуск специалистов, столь необходимых отечественной промышленности, работавшей тогда под девизом „Все для фронта, все для победы!".


Ученый совет ВНИИМ в годы Великой Отечественной войныВ условиях суровой блокадной зимы 1941-1942 гг. Совет вынужден был приостановить свою деятельность. С включением ВНИИМ Ленинградским горкомом ВКП(б) в список действующих оборонных учреждений и возобновлением подачи электроэнергии работа всех подразделений Института активизировалась, в том числе, Метрологического бюро, Научно-технической библиотеки, где было организовано получение книг по межбиблиотечному обмену «для лабораторий и сотрудников, работающих на оборону».


Из истории партизанской борьбы в Московской битвеОтправной точкой подготовки СССР к партизанской борьбе все авторы единодушно считают середину 1921 г., когда в первом номере журнала «Армия и революция» появилась статья М.В. Фрунзе «Единая военная доктрина и Красная Армия». При упоминании данной статьи обычно цитируется абзац седьмого раздела, где речь идет о партизанских действиях. Но цитирование только этого абзаца не совсем правильно. Если откроем первый том «Собрания сочинений» М.В. Фрунзе или «Сборник избранных произведений», то обнаружим непосредственную связь содержания седьмого раздела статьи с последним абзацем раздела шестого. Составители вынуждены принести читателю извинения за столь длинную цитату, но сделать это мы считаем необходимым.


Поле боя — Москва30 сентября 1941 г. немецкие войска начали «последнее» наступление своей «Восточной кампании» — операцию «Тайфун», имевшую главной целью охват и взятие Москвы. Над столицей нашей Родины нависла угроза непосредственного вторжения противника. С 19 октября 1941 г. в Москве было объявлено осадное положение. Защитники города изготовились встретить врага на подступах к Москве, на окраинах и улицах столицы. Но даже гарнизон Кремля не был последней линией, последним резервом Московской зоны обороны.


Танки «малютки»Постановлением ГКО 222 от 20 июля 1941 года выпуск 10000 танков Т-60 организовывался, кроме завода № 37, на ГАЗе и ХТЗ. Бронекорпуса и башни для них поставлялись с Ворошиловграде кого завода имени Октябрьской революции. Муромского паровозоремонтной) завода. Новокраматорского машиностроительного завода, Выксунского завода дробильно-размольного оборудования и Таганрогского завода «Красный котельщик». Чертежами и техпроцессом эти предприятия обеспечивали завод № 37 и завод имени Орджоникидзе, причем это были чертежи машины с упрошенным корпусом и башней.


Модернизация танка  Т-60В ходе серийного производства Т-60 неоднократно делались попытки улучшить характеристики танка - все прекрасно понимали, что его боевая ценность весьма невысока. Так, еше в августе 1941 года конструкторское бюро завода № 92 в Горьком по своей инициативе приступило к проектированию пушки ЗИС-19, предназначенной для вооружения танка Т-60. Она представляла собой 37-мм орудие со стволом в 66,7 калибра, начальной скоростью снаряда 915 м/с и баллистикой 37-мм зенитки образца 1939 года.


Наступил великий день победы над Германией

дата: 8-03-2011, 01:44 просмотров: 212 раздел: Союзники Сталина
12 апреля 1945 г. скончался Франклин Делано Рузвельт. На плечи этого выдающегося государственного деятеля легли заботы и тяготы, которые могли сломить человека и с богатырским здоровьем, а он, как известно, был поражен тяжелым недугом. 12 лет его президентства пришлись на тяжелейший период истории США — мировой экономический кризис 1929—1933 годов, всей своей тяжестью обрушившийся на Соединенные Штаты, и участие во Второй мировой войне. По своей натуре это был государственный деятель-новатор. В годы кризиса Рузвельт провозгласил и эффективно провел в жизнь «новый курс», при реализации которого не побоялся обвинений оппозиции в «ползучем социализме» и пошел на серьезные изменения в социально-экономической политике страны. Курс Рузвельта был действительно «новый», позволивший успешно решить многие кризисные проблемы. Новаторство Рузвельта проявилось и в том, что, вопреки ожесточенному сопротивлению консервативных кругов, он добился в 1933 году установления дипломатических отношений с СССР. Подлинно новаторским был внешнеполитический курс Рузвельта в условиях Второй мировой войны. Президент раньше, чем кто-либо другой в США, увидел смертельную опасность, которая угрожала Соединенным Штатам от стран оси, и, преодолев упорное сопротивление изоляционистов, еще до вступления США в войну, начал оказывать большую военную, экономическую и финансовую помощь странам — жертвам агрессии — Англии, Китаю, Советскому Союзу. Исключительно велики были заслуги Рузвельта в установлении прочных союзнических отношений с СССР в годы совместной борьбы против общего врага. 13 апреля 1945 г. в телеграмме на имя Гарри Трумэна, ставшего президентом США после смерти Рузвельта, Сталин писал: «Американский народ и Объединенные Нации потеряли в лице Франклина Рузвельта величайшего политика мирового масштаба и глашатая организации мира и безопасности после войны». Смерть Рузвельта была тяжелым испытанием для антигитлеровской коалиции. Доживавший последние дни фашистский рейх воспрянул духом, надеясь на то, что кончина президента США внесет растерянность и раскол в ряды Большой тройки, а следовательно, и всей антигитлеровской коалиции. Руководители Германии рассчитывали на то, что кончина президента США активизирует в союзных странах силы, которые готовы были пойти на значительную ревизию внешнеполитического курса антигитлеровской коалиции. В этих условиях возникала необходимость осуществления новых мер, направленных на укрепление союза Большой тройки, всей коалиции союзных держав. И не случайно в телеграмме соболезнования Трумэну Сталин выражал «уверенность, что политика сотрудничества между великими державами, взявшими на себя основное бремя войны против общего врага, будет укрепляться и впредь». Смерть Рузвельта оказалась серьезным испытанием и для сотрудничества общественности СССР и союзных стран. И до этого было немало проблем в этих отношениях, но после прихода в высший эшелон власти президента Гарри Трумэна, придерживавшегося консервативных внешнеполитических взглядов по сравнению со своим предшественником, отношения между общественными организациями СССР и союзных стран столкнулись с новыми серьезными проблемами. Связи между государствами по линии общественных организаций во многом определяются отношениями, которые существуют между этими странами на официальном уровне . Пришлось ждать совсем немного, чтобы почувствовать, что с приходом в Белый дом преемника Рузвельта наступила новая, не лучшая эпоха в советско-американских отношениях и в отношениях СССР с другими союзными странами. Негативное влияние прихода Трумэна к власти на отношения СССР с государствами, входившими в антигитлеровскую коалицию, было естественно. Оно объяснялось тем, что Соединенные Штаты играли решающую роль в политике всех западных стран — участниц антигитлеровской коалиции. Водворение Трумэна в Белом доме оказало незамедлительное и очень негативное воздействие на взаимоотношения внутри Большой тройки. И это тоже было естественно, так как Рузвельт выступал в роли своеобразного буфера, постоянно амортизировавшего обострение отношений между Сталиным и Черчиллем. Трумэн же с первого дня своего президентства в рамках Большой тройки сразу же занял позицию на ее крайне антисоветском фланге. Перегруппировка сил, происшедшая внутри Большой тройки, сразу же породила новое обострение отношений между Сталиным и его партнерами по антигитлеровской коалиции. Эти негативные факторы субъективного характера накладывались на объективное обострение отношений между СССР и его союзниками, имевшее место и при Рузвельте. По мере приближения конца войны ухудшались отношения между Сталиным и его партнерами по Большой тройке в связи с политическим курсом, который Советский Союз проводил в странах Восточной и Центральной Европы. Все более обострялись отношения и по самой главной проблеме — какую политику проводить по отношению к Германии, крушение которой стремительно приближалось. «Советские ресурсы потенциально были огромны, людские потери России и ее военный вклад были решающими, и в силу этого Сталин доминировал на Конференции». Расстановка политических сил на Ялтинской конференции, как указывалось выше, зачастую была не в пользу Черчилля. Несмотря на идеологическое и политическое противостояние, Рузвельт и Сталин проявляли друг к другу определенную симпатию и нередко находили взаимопонимание по сложнейшим проблемам. «Рузвельт пришел к заключению, что он найдет взаимопонимание со старым Джо и сможет приручить русского медведя». Суть политических планов Черчилля была очевидна. На протяжении всей войны он всемерно затягивал открытие второго фронта. А когда оставались считанные недели до ее окончания, Черчилль делал все возможное, чтобы захватить более выгодные исходные рубежи для ведения в будущем холодной войны, духовным отцом которой он по праву считается. Английский премьер стремился продвинуть позиции союзников как можно дальше на Восток. Он заявил Эйзенхауэру: «Я полагаю, что исключительно важно, чтобы мы обменялись рукопожатием с русскими как можно дальше на Востоке»5. Британский премьер-министр достаточно болезненно реагировал на то, что и до Крымской конференции, и в Ялте, и после встречи в Крыму отношения между Сталиным и Рузвельтом в целом развивались по восходящей линии. Рузвельт не считал нужным скрывать это от своего английского союзника. Еще 18 марта 1942 г. он сообщал Черчиллю: «Я знаю, что Вы не будете возражать против моей грубой откровенности, если сообщу Вам, что, как я думаю, я лично могу столковаться со Сталиным лучше, чем ваше министерство иностранных дел или мой государственный департамент. Сталин не выносит надменности ваших высших руководителей. Он исходит из того, что я ему нравлюсь больше, и я надеюсь, что он будет продолжать так думать». Было бы неправильным считать, что только Черчилль всемерно ратовал за принятие любых мер, чтобы помешать советскому союзнику прорваться в Восточную и Западную Европу в ходе разгрома Германии и продвинуть социалистические аванпосты как можно дальше на Запад. В принципе английская и американская позиция в этом вопросе были однозначны. Еще в сентябре 1944 г. на второй Квебекской конференции в беседе с австрийским эрцгерцогом Отто Рузвельт прямо заявил: «Наша главная забота состоит в том, как не пустить коммунистов в Венгрию и Австрию»6. Авторы вступительной главы к одному из разделов «Секретной переписки Рузвельта и Черчилля в период войны» обоснованно писали, что политика Черчилля определялась тем, что продвижение Красной Армии «могло дать русским возможность навязать коммунистические правительства многим странам Восточной Европы, чему он стал бы упорно сопротивляться». Сталин уверял Рузвельта и Черчилля, своих партнеров по антифашистской коалиции, что он не намерен насаждать коммунистические порядки в странах Европы. Например, встречаясь в августе 1944 г. с премьер-министром польского правительства в эмиграции Миколайчиком, Сталин в ответ на его замечание, что есть информация о намерении СССР навязать Германии после войны коммунизм, «ответил, что коммунизм подходит Германии, "как корове седло"». Заверениям советского лидера, что он будет политически нейтрален в европейских странах, в которые придет Красная Армия, мало кто верил в Лондоне и Вашингтоне. Бесспорно, что в конце войны каждый из союзников хотел занять в Европе максимально удобные стратегические позиции. Такой американский авторитет в вопросах внешней политики, как Генри Киссинджер, писал: «К концу войны настойчиво, но тщетно он (Черчилль. — Р.И.) умолял Эйзенхауэра брать Берлин, Прагу и Вену». Киссинджер подчеркивал, что Черчилль руководствовался не военными, а чисто политическими соображениями, необходимостью «пребывания там для ограничения послевоенного влияния Советского Союза». Черчилль был уверен, что Берлин должны брать западные союзники, причем не американцы, а англичане. Американский генерал Омар Брэдли вспоминал в своих мемуарах, что Черчилль был «страшно разочарован и расстроен тем, что штаб союзников не усилил Монтгомери американскими войсками и не дал ему двинуться на Берлин, чтобы сделать отчаянную попытку захватить город раньше русских». Политические расчеты, скрывавшиеся за этим требованием, были очевидны. Эйзенхауэр писал в своих мемуарах, что решительное требование английского премьер-министра «опередить появление русских в Берлине, должно быть, основывалось на убеждении, что позднее западные союзники извлекут из этого обстоятельства огромные преимущества и смогут воздействовать на последующие события». Вопрос о Берлине стал важной проблемой финала войны. На Западе и помимо Черчилля было немало военных и политических стратегов, которые считали, что западные союзники должны были «опередить русских» и взять Берлин своими силами. Однако трезвомыслящие военные и политические руководители справедливо полагали, что западным союзникам необходимо было в первую очередь иметь реальные возможности для взятия столицы Германии. По их мнению, даже с учетом того, что на ряде участков фронта немцы не оказывали серьезного сопротивления англо-американским войскам, этих сил было явно недостаточно, чтобы осуществить операцию по взятию Берлина.
комментарии: 0 | просмотров: 212 | раздел: Союзники Сталина

Добавление комментария

Использование материалов сайта с только разрешения автора и с активной ссылкой на сайт